Тамара ЛОГИНОВА

МЫ ПЕРВЫМИ УЗНАЕМ О НЕСПРАВЕДЛИВОСТИ

Судебная реформа идет уже более 10 лет. Что изменилось за это время в отношении людей к суду?

С любым спорным вопросом люди сейчас идут в суд, надеясь, что решение будет принято по закону.

Какие необычные иски рассматриваются сегодня в суде? Какие познания нужны нынешнему судье, чтобы квалифицированно принять решение? Об этом и о многом другом мы беседуем с председателем совета судей Алтайского края Александром Динером.

РЕФОРМА НА ВСЕ СТО

- Александр Артурович, как вы сейчас, спустя почти пятнадцать лет, оцениваете судебную реформу?

- Прежде всего судебную реформу, в отличие от многих других, можно назвать продуманной. В 1991 году она была одобрена Верховным Советом РСФСР, но много времени ушло на раскачку: нужные законы были приняты, но не работали.

А потом был кризис. В 1995-1997 годах судебная система оказалась на грани развала. Не было людей, не было денег. Даже бумаги, чтобы печатать решения, не было. Зато нагрузка в судах была огромной.

Народ стремительно нищал, чехарда в государстве вызвала тогда массу новых дел - иски по невыплате зарплаты, массу дел дал суду новый закон "О защите прав потребителей".

А теперь суды уже могут принимать решения, влияющие на ситуацию в стране и регионе.

В качестве примера можно взять дела о восстановлении на работе. Раньше спорные вопросы этой сферы решались внутри организации, ведомства. Существовали списки должностей, все проблемы по которым решал директор или его заместитель. Трудно ведь предположить, что директор не мог бы договориться с замом, мастером. И судьбу рядового работника они решали по собственному усмотрению, не всегда учитывая его законные интересы. Сейчас любой гражданин может обратиться в суд. У людей появилась надежда, что в суде они могут найти защиту.

Сейчас суд действительно стал самостоятельной ветвью власти. Достаточно посмотреть бюллетень Верховного суда РФ, где публикуются решения суда о признании незаконными правовых актов. Суд стал гарантом соблюдения Конституции РФ в деятельности исполнительной и законодательной власти.

- Значит, судебная реформа успешно завершена?

- Так сказать нельзя. Нужно еще много сделать. Необходимо, я считаю, укрепить судебную власть, закрепить ее роль. Не приняты еще законопроекты "О судах общей юрисдикции", "Об административных судах". Это серьезные важные правовые акты, которые должны завершить формирование скелета судебной власти. Законопроекты разработаны еще пять лет назад, но пока не приняты.

- Как реформа шла в крае?

- В крае судебная реформа идет именно в том объеме, в каком она была задумана. Мы одними из первых ввели суд присяжных, мировых судей. Здесь стоит отметить инициативу краевого суда и поддержку КСНД. Я, например, знаю, что в некоторых регионах мировая юстиция до сих пор не введена: начальник судебного департамента Камчатки поднимал проблему кадров, судей там не хватает.

Судебная реформа позволила повысить эффективность работы: в 1998 году в судах было очень много нерассмотренных уголовных и гражданских дел, о скором суде не было и речи. Сегодня, после многих лет судебной реформы, количество дел с нарушенными сроками составляет десятые доли процентов, хотя качественный состав нынешних дел стал сложнее.

СУДИТЬ БЫ РАД...

- Как судьи повышают свой профессиональный уровень?

- Есть республиканские курсы в Москве, в Томске работает филиал академии правосудия. Сотрудники повышают квалификацию раз в три года. Молодые специалисты проходят подготовку в базовых судах. Что такое базовый суд? В крае много районов. Чтобы специалистам не ехать каждый раз в краевой суд для пополнения знаний, на консультации, мы выбрали несколько районных судов, где судьи могут получить интересующую их информацию по практике применения тех или иных законов, посоветоваться с более опытными судьями. В базовых судах есть все материалы для этого, судьи всегда готовы ответить на любой вопрос коллег. В крае несколько базовых судов. Есть, например, в Бийске, Рубцовске, Благовещенке, Барнауле.

Наш опыт был одобрен на российском уровне. В августе во время проверки работы судебного департамента московская комиссия оценила работу базовых судов как положительный опыт. Сказали, что будут пропагандировать.

- На третьей конференции судей края шел разговор о том, что и у нас не хватает кадров в судах...

- Да, нам необходимо укрепить судейский корпус. И желающих стать судьей много, есть проблема дефицита квалифицированных кадров. Они должны соответствовать требованиям закона "О статусе судей", "Об органах судейского сообщества".

На съезде судей России, который должен пройти в начале декабря, планируется принять Кодекс судейской чести. Конечно, принятие его будет широко обсуждаться в свете судейской этики, критики в СМИ, которая в последнее время часто звучит в наш адрес. Нас обвиняют в коррумпированности, но я лично с этим не согласен. По крайней мере, в крае такого нет.

Да, было время, когда в судьи можно было попасть буквально с улицы. В 90-х годах могли прийти те, кто сейчас вредит авторитету судебной власти.

Но наши судьи проходят серьезный отбор через квалификационную коллегию. Ведь к проверке биографии, качеств личности кандидатов в судьи привлечены ОВД, ФСБ. Действительно, человек должен быть кристально чистым, честным. И это соответствует мировым стандартам. В Америке по каждому кандидату в судьи готовят доклад на 300 страниц.

ОБОРОТНИ В МАНТИЯХ

- На канале ОРТ показали сюжет о московских судьях, работавших на бандитов: они выносили решения, которые помогали беспрепятственно отбирать квартиры у стариков. Как отнеслись к этому судьи нашего края?

- Сюжет этот я видел, и многие мои коллеги тоже. Конечно, собраний вроде комсомольских мы не проводили, но обсуждали между собой то, что случилось. Сколько бы мы ни старались укреплять авторитет судебной власти, достаточно одного такого факта, чтобы всех судей скомпрометировать. Факт вопиющий, конечно, он не добавил авторитета судебной власти. Но то, что он выявлен, уже хорошо. Значит, борьба за чистоту кадров идет внутри судов.

Как суду добиться высокого авторитета? Готовых рецептов я не знаю. Но, я думаю, каждый судья должен сделать для себя выводы и вести себя так, чтобы не было поводов говорить о судьях плохо.

ВРЕДНАЯ РАБОТА

- На одной из конференций поднималась проблема здоровья судей... Насколько работать судьей "вредно"?

- Судьи вынуждены работать в экстремальных условиях, вызванных негативными эмоциями. В суде всегда две стороны, и крайне редко бывает так, чтобы обе они ушли из суда довольными. Мы судей убеждаем, чтобы они были беспристрастны, не показывали свои эмоции. Но это сделать легче только внешне - сделать каменное лицо и все. В душе судья, по собственному опыту знаю, тоже переживает каждое дело. Трудно сохранить внутреннее равновесие.

- Судья обязан принимать решение по закону. Но иногда законы эти несовершенны. Например, в Уголовно-процессуальный кодекс РФ, вступивший в силу 1 июля 2002 года, было внесено столько поправок, что его называют "испытательным полигоном". Но он так и остался более либеральным по отношению к подсудимым, чем к потерпевшим. Как судьи оценивают сейчас УПК РФ?

- В общем-то это справедливое сравнение: и УПК РФ, и УК РФ действительно испытательные полигоны. И поправки, внесенные в эти законы, не всегда приносят положительные результаты. Например, последние изменения, внесенные в декабре прошлого года, касались неоднократности преступления. Была отменена норма, согласно которой преступник, совершивший подобное преступление неоднократно, наказывался жестче. К тому же изменения эти имеют обратную силу: в результате мы пересмотрели множество дел по наркоманам, неоднократным убийствам, кражам - всем преступникам смягчили наказание...

Для меня, например, непонятно, чем депутаты руководствовались, принимая такую поправку. Ведь что такое неоднократность, допустим, кражи? Это, в первую очередь, характеристика личности. Понятно же, что человек, несколько раз попавшийся на кражах, промышляет воровством.

Получается, что при внесении этих изменений не учитывались интересы противоположной стороны, интересы законопослушного большинства, которое ожидает от государства защиты.

Да и в какое положение эти изменения поставили суд? Преступник выходит на свободу, не отбыв назначенного ему судом срока, и как доказать потерпевшему, что преступник не взятку дал, просто закон стал по отношению к нему гуманнее?

Все эти поправки привели к нестабильности судебной практики. И, действительно, еще более смягчили и без того очень либеральный УК РФ.

Сейчас есть такая идея: удержать человека от совершения преступления должен не страх наказания, а воспитание, моральные принципы. Может, разработчики нового закона этой идеей руководствовались? Но преступник должен попасть за решетку хотя бы для того, чтобы общество было от него освобождено на срок, который он по-закону заслужил.

Проблема несоответствия тяжести преступления и наказания, конечно, волнует судей. Мы первые узнаем о несправедливости, вынуждены иногда принимать решения, которые вовсе не доставляют нам удовольствия.

ПЕРВЫЙ ПРИГОВОР

- А вы как стали судьей? Помните ли ваше первое дело?

- Меня избрали судьей Ленинска-Кузнецкого в Кемеровской области после окончания юридического факультета АГУ. Помню, что мне принесли сразу гору дел. Как за них браться, я даже не знал. Помню, сразу пошел к опытным судьям, чтобы они мне разъяснили, как и что делать.

Сейчас я все больше убеждаюсь в том, что судьей нельзя становиться прямо со студенческой скамьи. Иногда вспоминаю первые дела, которые рассмотрел, анализирую их, вспоминаю принятые тогда решения и понимаю, что сейчас бы я рассудил несколько иначе. Хотя мои решения не отменялись вышестоящей инстанцией, приговоры вступили в силу.

Например, я судил двух шахтеров, которые возвращались домой подвыпившие и по дороге встретили парня. Побили его и отобрали часы. Один из шахтеров не был судим, второй уже побывал в местах лишения свободы. Первому из них суд дал 6 лет лишения свободы (cамый маленький срок по соответствующей статье УК, действовавшему тогда), а второй получил 9 лет лишения свободы. Сейчас я, наверное, более взвешенно подошел бы к этой ситуации.

- А были ли дела, по которым трудно было принять решение?

- Было дело по спекулянту. Не то чтобы трудное было дело, но до сих пор от него остался неприятный осадок в душе... Житель Барнаула шил джинсы под "Левис". Производство уже расширилось так, что работали семь продавцов, сбывавших джинсы. Тогда это было уголовно наказуемо. Все получили сроки, кто условно, кто реально. А через несколько дней вышел закон об индивидуальной трудовой деятельности, который легализовал такое производство. Я мог по-разному оценивать деятельность тех ребят, но знал в момент, когда нужно было выносить приговор, что эта деятельность противозаконна.

05 ноября 2004г.

МЫ ПЕРВЫМИ УЗНАЕМ О НЕСПРАВЕДЛИВОСТИ

РЕФОРМА НА ВСЕ СТО

СУДИТЬ БЫ РАД...

ОБОРОТНИ В МАНТИЯХ

ВРЕДНАЯ РАБОТА

ПЕРВЫЙ ПРИГОВОР

АРХИВ за 2009г.

АРХИВ за 2008г.

АРХИВ за 2007г.

АРХИВ за 2006г.

АРХИВ за 2005г.

АРХИВ за 2004г.

АРХИВ за 2003г.

АРХИВ за 2002г.

АРХИВ за 2001г.