Константин СОМОВ

КАК НА АЛТАЕ, ТОЛЬКО НЕ АЛТАЙ

На первый взгляд Республика Карелия - это своего рода Алтайский край, только гораздо миниатюрнее. Много леса, много озер и прочих красот. Правда, сосны на болотистой местности растут потоньше, а ощущения простора нет и вовсе, разве что на озеро выйдешь, тогда только до другого берега глаз разбежится.

Недавно судьба привела автора этих строк на берег одного из 40 тысяч карельских озер - Ругозера (Руг - по-карельски - "трава". - Авт.) 7 сентября нынешнего года на въезде в село с одноименным названием состоялось открытие мемориала воинам сибирского батальона, в большинстве своем уроженцам нашего края. Именно в этот день, в 1941-м, они кровью и жизнями своими остановили здесь финнов, спасли от окружения и разгрома 27-ю дивизию.

АРМЕЙСКОЕ ГОСТЕПРИИМСТВО

Ухаживают за мемориалом бойцы радиолокационной роты Алексея Веретина, и казарма этого подразделения стала на короткое время пристанищем для четверых членов делегации Алтайского края. Майор Веретин оказался гостеприимным хозяином. Распорядился истопить баньку, пообещал - и обещание свое выполнил - свозить на озеро, хоть часок порыбачить да грибов посмотреть, поскольку белых в нынешнем году насыпано в лесу хорошо.

Часть Веретина несет боевое дежурство по охране воздушных рубежей нашей Родины, и хотя Финляндия - нейтральная страна, ее правительство разрешает пролет над своей территорией военным самолетам НАТО.

- В основном это "Хоки" - крылатые разведчики, - рассказывал Алексей. - Они, случается, и границу России нарушают, и тогда наша задача - зафиксировать это, сделать фотоконтроль и передать все по назначению. Бывало, и шугали их наши истребители. Дело военное.

Поскольку и в Карелию привела нас память о войне, я спросил у Веретина, нет ли у него в роте каких-нибудь ее атрибутов, хотелось привезти что-нибудь для музея в Косихе, из которой в сентябрьском бою 41-го здесь погибло около 80 человек. Вскоре пришел насупленный старшина и, открывая дверь кандейки, принялся ворчать:

- Далось вам это железо, каски эти. Что у вас там, их нет, что ли?

- Да, по счастью, нет, - несколько удивился такому вопросу я. - Не добралась она до нас.

Да, до нас "она" действительно не добралась, в том смысле, что не было на территории Алтая боев, а вот здесь Великая Отечественная задержалась надолго, да и сегодня о себе напоминает. Боевые действия в Карелии начались летом 1941-го, а закончились, пожалуй, только в 1947-м. За годы войны эта земля была буквально нашпигована снарядами и минами. Смертельной опасности подвергались люди, открывавшие дверь в необжитой дом, общественный туалет, на облюбованном для привала месте. Только в мае, июне и июле 1945 года в этих местах были зарегистрированы 63 случая подрыва на минах гражданского населения, погибли 19 человек.

Разминировали свою землю в основном 15-17-летние мальчишки и девчонки, прошедшие краткий курс минерского дела. В 1944 - 1947 годах они обнаружили на территории республики и уничтожили около полутора миллионов взрывоопасных предметов. За этот же период при выполнении боевого задания погибли 63 юных минера, из них 24 девушки. Уже в наши дни занимающиеся поиском останков погибших воинов бойцы отряда "Искатель" обнаружили в Муезерском районе (где и находится село Ругозеро. - Авт.) более четырех десятков взрывоопасных предметов, которые были уничтожены саперами МЧС.

Еще один интересный вопрос, сродни вопросу о касках, задал автору сам майор Веретин, рассказавший о том, что в нынешнем году они с бойцами наварили много варенья из морошки, и теперь будет чем ребятам повеселиться. В роте 12 солдат-одногодичников из Вологды, Ставрополья, Санкт-Петербурга, двое из Омска, и, по словам майора, им здесь нравится. Правда, летом, во время белых ночей, когда светло круглосуточно, многие из ребят не могут спать. Занавески в казарме по уставу не положены, и в итоге - слишком светло.

КРАСОТЫ ЕСТЬ, С РАБОТОЙ ХУЖЕ

К белым ночам мы безнадежно опоздали, но вот другие красоты Веретин нам показал - повез на свое коронное место на берегу, где мы за час изловили пару пескарей и сделали штук сто фотокадров. В почти не замусоренном, лишь на обочине дороги попадались пустые полторашки, лесу насобирали мы без малого два ведра(!) белых грибов и вдоволь наслушались тишины. Было действительно хорошо.

Решив удивить местным колоритом, Веретин привез нас на лесопилку и, показав на слепленные из тонконогого леса срубы бань и небольших домиков, горделиво спросил: "Ну как?" - "Да ничего, - ответствовал автор этих строк, - у нас, правда, стволы потолще, а так ничего".

- Тут в районе еще зверосовхоз раньше мощный был, - сообщил майор. - Да в 90-е загнулся, и сейчас здесь, кроме лесопилки, производства никакого нет.

Производства и, соответственно, работы почти нет не только в Ругозере, но и в целом как в Муезерском, так и в соседнем Сегежском районе. По словам его главы Виктора Муделя, ни в одном из 18 сельских поселений нет сегодня базового производства, и скотину там из-за недостатка кормов держат лишь немногие. В соседнем Муезерском обстановка в этом плане не лучше. К примеру, в Ругозере с его десятками дворов и сотнями жителей (всего на территории сельсовета проживают 1005 человек) имеется только пять буренок...

- А чем же люди живут?

- Картошкой, - коротко ответил водитель Виктора Иосифовича.

Картошка - это, конечно, хорошо, только вот уродилась она в нынешнем году в Карелии неважной, да и в прошлом году была не лучше.

- Дожди и дожди, - жаловались люди через одного в Муезерском районе. - Картошка мелкая и та гниет, свекла гниет.

КОРОТКИЙ РАЗГОВОР НА ДЛИННУЮ ТЕМУ

Ну, мелкая не мелкая, гниет не гниет, а копать надо. За этим занятием автор и застал ранним утром 8 сентября на огороде одну из жительниц Ругозера. Семидесятипятилетняя женщина представилась Ниной Ивановной, и состоялся между нами следующий разговор, который хочется привести здесь без комментариев.

- Одна живете, Нина Ивановна?

- Нет, сыновей со мной двое. Один на строительстве дороги работает, другой дома сидит.

- Что, работы нет совсем?

- Так это же кому как. Вот у нас за стенкой мужчины с Украины живут, они тоже на дороге работают. Так что кому надо, работу находят. Но я вам, как сыну, скажу: когда мои не работают, мне лучше. Я им с пенсии сигары покупаю, еда есть, и они тогда пьют меньше. А как копейка в кармане завелась, ее быстро не будет. С огнем найдут, если спрячу. Через дом "ее" купить можно, чего ж еще надо. Да тут у нас много так живет.

- Ну, а сын, что дома, чего не поможет картошку вам копать?

- Рано говорит еще... Вон денег скопила, бревна завезли на зиму. Надо на чурки, на дрова пилить, мы ж тут дровами только топим. Так сыновья тоже говорят: рано еще, мол, успеем.

Смеемся вместе, а потом она спрашивает:

- А вы откуда будете?

- Из Сибири, Алтайского края.

- Ну что ж, передавайте там привет своей Сибири.

Передаю.

ПРОСТИ, СОЛДАТ

Путешествуя по Карелии, делегация Алтайского края провела два дня в детском доме села Каменный Бор Сегежского района. Холодина в комнатах была страшнейшая, и автор этих строк согревался прогулками по лесу и улицам села. Говорят, что еще пару лет назад маленьких жителей донимал и голод, сотрудники детдома несли сюда кто что мог, дабы подкормить мальчишек и девчонок. Теперь питание здесь отличное, может быть, еще и потому, что живет в доме всего около полусотни ребятишек. Многих, особенно маленьких, усыновили-удочерили и... увезли из России.

Вокруг детдома зияют проломами окон несколько полуразрушенных зданий. В одном из них когда-то был местный клуб, в другом еще что-то полезное, в третьем - тоже. На фоне этих зданий высится памятник - бюст Герою Советского Союза Николаю Варламову. Летом 43-го он закрыл своим телом амбразуру финского дзота. Товарищей уберег, сам был практически искромсан пулеметной очередью.

Несколько лет назад на расположенном в соседних Новодворицах алюминиевом комбинате был выполнен алюминиевый обелиск и установлен на месте подвига сержанта. Пока не было подъездных путей к нему, памятник стоял, потом украли.

Прости нас, Николай Гаврилович...

"ГЕНЕРАЛЬСКОЕ" ВАРЕНЬЕ

Пора домой. На вокзале в Сегеже вспоминаю, что забыл попросить у майора Веретина баночку морошкового варенья, дабы удивить своих домашних. Когда сказал об этом Алексею, он удивился:

- А ты что, морошку никогда не ел?

- Да я ее не видел даже никогда. Не растет она у нас.

Попросил и забыл. Однако время до прихода поезда Мурманск - Москва еще имелось, и мы пошли по городу. Мои спутники - в поисках сувениров, я - морошкового варенья. Этого продукта в близлежащих магазинах не оказалось. Сказали - бывает, но крайне редко. Спросите у бабушек, которые у магазина торгуют. Не помогли и бабушки. А малиновое мне зачем, его и у нас в крае полно, как и всего того, что мне предлагали в Сегеже.

На перроне подумал, а почему бы и нет, и подошел к Муделю.

- Виктор Иосифович, просьба небольшая, как бы варенья морошкового, хоть маленькую баночку. У нас такого нет.

- Сейчас попробуем, - глава Сегежского района вынул из кармана мобильник - и началось: "Здравствуй, у тебя нет..." и т. д. Морошковое варенье нашлось у Юрия Михайловича Андреева, главы администрации Сегежского района, он и привез его к поезду. Гостеприимные люди в Карелии, и очень похожи они на наших земляков, особенно в сельской местности. Небогатые россияне вообще, как правило, гостеприимны и бескорыстны. Наверное, потому, что им "нечего терять, кроме своих цепей". Поезд тронулся... До свидания, Карелия. Почти Алтай, но все же не Алтай...

17 октября 2008г.

КАК НА АЛТАЕ, ТОЛЬКО НЕ АЛТАЙ

АРМЕЙСКОЕ ГОСТЕПРИИМСТВО

КРАСОТЫ ЕСТЬ, С РАБОТОЙ ХУЖЕ

КОРОТКИЙ РАЗГОВОР НА ДЛИННУЮ ТЕМУ

ПРОСТИ, СОЛДАТ

"ГЕНЕРАЛЬСКОЕ" ВАРЕНЬЕ

АРХИВ за 2009г.

АРХИВ за 2008г.

АРХИВ за 2007г.

АРХИВ за 2006г.

АРХИВ за 2005г.

АРХИВ за 2004г.

АРХИВ за 2003г.

АРХИВ за 2002г.

АРХИВ за 2001г.