Александр АСТАПОВ

БРАТЬЯ ЛАРИНЫ

Мишку и Степку Лариных мать воспитывала одна. Сколько их, таких матерей, было после войны в нашей деревне! Как они мыкались. Но в школе братья всегда были в чистой починенной одежде, а дома всегда что-то помогали матери. В ребячьих озорствах и общих играх они никогда не участвовали: не до того им.

СТЕПКИНЫ ВАРИАЦИИ

Первым мы выделили старшего, Степана - за его музыкальное пристрастие. Откуда он достал балалайку - единственную на все село - сразу не спросили и потом не довелось. Да и как спросишь? Степан забалалаит - и глаза закрыл: так ему легче игралось. Мать выйдет: "Степан! Воды принеси!.." Не видит и не слышит ее музыкант: пальцы по струнам мелькают, а голова уже совсем на плечо легла - от напряжения и удовольствия.

Достучаться до Степки, добудиться его в такие минуты было невозможно - жди, пока он свои наигрыши одолеет. А они у него каждый день наполовину новые да такие захватывающие! В себе он музыку носил, из себя рождал. Мы его Бетховеном прозвали, потому что в такие минуты не слышал ничего. А пасечник Николай Черепанов как-то приостановился вместе с нами у ларинской калитки и по-своему подивился:

- Ну, чисто глухарь на весеннем току!..

После школы Степан пошел в совхоз разнорабочим. Негусто получал, но уже вскоре купил гармонь. Что он на ней вытворял - уму непостижимо. В кино понравится вальс или песня - наутро Степан их только так выводил, без помарочки. А затем еще вариациями украсит - лучше, чем в фильме, звучит. Но вдруг он совсем отставил балалайку, а вскорости засобирался отставить и свою "певучую":

- Баян бы мне! - поделился он. - Вот Михаил выучится...

Работая вдвоем с матерью, они тянули Михаила, который учился в пединституте на своем физкультурном факультете. Говорю "на своем", потому что Мише Ларину в школе почти не было равных на стометровке, в прыжках в длину, толкании ядра и метании диска. Но главное - он был волейболист-ас. Для деревни, поголовно болеющей волейболом, это было все. У нас мужикам совхозным по сорок лет, а они после работы допоздна в волейбол режутся - с нами, школьниками, или между собой.

МИШКА. АС - АКИ БАРС

Вы думаете, по праздникам деревня только и знает, что пьет? Ошибаетесь. На Первомай у нас всегда большие соревнования устраивались, включая бег на 10 тысяч метров. А главный вид, конечно, волейбол. Команды выставляли совхоз, лесхоз, горняки, продснаб. Учителя выходили своей командой, ученики - своей. Да еще сборная села составлялась из хороших игроков, не вошедших в "свои" команды. Да ученики второй состав выставляли. До вечера шли бои - и вся деревня тут же, вкруг площадки, гудит одобрением и негодованием, вскрикивает, охает и ахает, свистит и аплодирует.

Ученическая команда редко уступала первенство, а душой ее был Миша Ларин, ему чаще других кричали: "Молодца!". В команде все были на голову выше Ларина. И тем не менее он, угловатый крепыш, обезьяной взлетал у сетки и мощно пробивал блок, как это удавалось всем в команде. Но только у него в запасе была "хабарочка". В этом случае ему пасовали так, что мяч лишь на долю секунды взмывал на уровне сетки - и Михаил впечатывал его в площадку противников.

Быстрый на реакцию, он вытаскивал и самые безнадежные мячи. Тот уже вонзается - центровой даже не дернулся: не успеть. А Миша с задней линии подскочил - и успел его подхватить, причем не сложенными руками снизу, а именно над головой. Мы с замиранием ждали этих моментов. Казалось, что такое просто невозможно. Но Мишкина голова уходила под мяч, он пальцами вбрасывал его высоко в воздух, а грудью в тот же миг "промокал" площадку. Это был какой-то бросок барса, какой-то немыслимый симбиоз повадок волейболиста и высококлассного вратаря, который, падая, не ударяется.

Мишка тоже не ударялся. И при этом он не просто спасал мяч, а выкладывал прекрасный пас и успевал еще раз поднять мяч, если тот рикошетил от блока. Что тут делалось с болельщиками - они неистовствовали! Как Степан был магом и волшебником за музыкой, так Михаил творил чудеса на площадке. Такой виртуозности я никогда не видел даже у волейболистов сборной страны.

И на районных спартакиадах волейбол всегда был наш. Но с Мишкиным классом из команды ушло сразу четверо игроков - и первенство нам стало даваться с трудом. Так что его ждали еще и поэтому: чтобы подтянул школьную команду и своим примером, и как физрук.

"ЯМЩИК! НЕ ГОНИ ЛОШАДЕЙ..."

А Степан тем временем решился на покупку баяна, не дожидаясь возвращения Михаила. Похоже, наш с братом Николаем пример его к тому подтолкнул. Нам подарили баян, не новый, но - "Тульский", лучший по тем временам. Вот тогда-то Степа Ларин, забегая, брал его, бережно пробовал лады и басы, сразу начинал что-то подбирать. А скинув ремень с плеча, просил: "Сыграйте!" Мы играли, что успели разучить. Степа, закрыв глаза, слушал.

Точно так же он слушал (уже заимев баян), когда мы стали играть на танцах в клубе. "Неплохо, неплохо!" - пожимал он руку на прощание. Но каково было наше удивление, когда Степа на следующих танцах спокойно выводил услышанную в прошлый раз от Николая "Березку" и тоже старинный русский вальс "Ожидание", сыгранный тогда мною. Обходясь без нотной грамоты, он схватывал все на лету. А потом, как прежде на балалайке и гармони, душевно украшал и усиливал мелодию.

И вдруг наступил период, когда Степа всю душу из нас вынул - так обреченно и тоскливо зазвучал его баян. Тому была причина - и связана она... с возвращением Михаила. За полгода до того приехали работать две молоденькие симпатичные медсестры. Лариных попросили на время приютить одну из них. "А вот в Мишиной комнате пусть живет, пока он вернется", - сразу согласилась мать.

И тут Степан преобразился. Он и на рыбалку с нами перестал выбираться, хотя она была его второй, после музыки, страстью. И баян его запел по-особому. Мы радовались за Степана - неужели? Ему тридцать стукнуло, давно пора жениться, а он - всю жизнь занятый и еще невероятно стеснительный - и намека на то не давал.

Степа девушку прямо-таки обхаживал, готов был на руках носить. Все он ей что-то вкрадчиво рассказывал, или наигрывал, или шел с нею куда. А однажды радостно шепнул:

- Братцы! Осенью на свадьбу приглашу!..

К сентябрю объявился Михаил. Девушка давно перебралась с подругой в отремонтированную для них квартиру, но к Лариным приходила часто - к своему Степану. В компанию к ним Миша вошел легко. Какое-то время так и ходили втроем - и в кино, и в горы за цветами. А потом смотрим: выпал из этой тройки наш Степа, отставили они его. Осенью, как и намечалось, у Лариных была свадьба. Только другая... Не простили мы того Михаилу, тут и все его спортивные достижения не в счет. Да и вся деревня не простила ему.

Вот тут и затосковал Степин баян. И на танцах, и дома. Молодоженам-то дали отдельную квартиру. Николай уже уехал в свой техникум - и я в одиночку старался, как мог, отвлечь Степана. Да он и сам был не прочь бежать из деревни куда глаза глядят. Далеко мы не убежали, но до глубокой осени, до ледостава пропадали с ним на реке. Все вкрадчиво делал здесь Степан. Большой хариус схватится - он не даст ему вглубь уйти: так и едет горбач по поверхности воды. Ускуча-ленка захватит и тем же макаром: легонько-легонько, и вот он уже на берегу.

Но странно вел себя напарник. Мы с Николаем всегда обходили друг друга, выравнивая улов. А тут Степа все вперед забегает, ловит и ловит, а я за ним только огрехи подчищаю. Не принято так. Но вижу: у дружка лицо светится, весь он в рыбалке, обо всем другом забыл. Ладно, думаю, отведи душу, успокойся.

ТАЙНА ПРИОТКРЫЛАСЬ ВДРУГ

А на седьмом километре напарник вдруг резко тормозил и, озираясь, далее следовал почти вплотную. Наши "мушки" часто плыли по воде рядом. Тоже не принято мешать. Что же это с ним за закавыка? И однажды Степан приоткрыл тайну:

- Здесь в пятом классе я увидел двух матерых волков. Бежал до дому не помню как!..

Батюшки! Да это плесо мы с детства знаем как Волчье. Таким неказистым обычно и названий не дают. Но раз предки так его наименовали - так тому и быть. А ведь это Степа Ларин своим испугом припечатал название. И с этим испугом сам остался на всю жизнь. Ох уж эти впечатлительные творческие натуры!

Позже я приезжал домой только в отпуска, и мы вновь устремлялись по реке со Степаном. Времени у него было достаточно: все он жил стеснительным бобылем. Все никак не мог забыть свою первую боль-любовь, хотя Михаил с семьей года через полтора после свадьбы умыкнулся из деревни: не смогли они вынести всеобщего неприятия.

Но когда моему дружку перевалило за сорок, он, наконец, женился, взял потерявшую уже второго мужа вдовушку. К ее выводку добавили еще детишек. Свою Надежду Степан не знал куда усадить и как приветить. Вкрадчиво ей чего-то всегда толковал, а она молча улыбалась. Я спросил: вы со Степаном хоть когда ругаетесь?

- Ой! - смешалась она. - А я и не помню!..

Отважился позвать дружка на рыбалку. "Что ты! - чуть не испуганно зашептал он и указал на ребятишек: - Куда я от этого?". А Надежда услышала и засмеялась:

- Да иди ты, иди! Чай не пропадем за день!

Степан оживился, но зачем-то оглянулся и - мне заговорщицки:

- Днем не могу. Давай завтра вечером пойдем лучить! Только ты, Саня, тс-с-с! Никому - а то вперед забегут.

НЕВОЛЬНАЯ КУПЕЛЬ

Да испуганный ты мой! Никому не скажу. В урочный час Степан нарисовался у калитки. Мы с ним шли и шли вдоль реки. Давно можно остановиться. Но я понял, что Степа много лет не выбирался сюда и ему хотелось насмотреться, надышаться этим с детства знакомым привольем. Мы ушли ниже Волчьего, и вопреки давнему страху он даже не оглянулся на это плесо - его душа снова пела. С первого же заброда Степан достал острогой тайменя килограмма на полтора. Любовно погладил его и выбрел на берег, чтобы переложить осокой. Этим дедовским методом никто уже не пользовался - только Степан Ларин.

Мы еще добыли десятка два хариусов - и на том наша рыбалка неожиданно закончилась. То ли от долгой отвычки, то ли из-за изрядно стертых сапог Степан поскользнулся и окунулся с головой, загасив карбидку и подмочив наши последние спички. Я от своей карбидки запаливаю на берегу костер: будем сушить друга. Степан сидит, поеживаясь, в моем свитере и балагурит. Купание нисколько не испортило ему настроения. Не задевает его и то, что сушимся у того самого треклятого для него Волчьего плеса.

Тут за разговорами я и спросил его про баян - играешь? Да зачем было спрашивать, когда и сам я лет двадцать уже не брал его в руки. Кажется, разбередил сокровенное. И точно - Степа вдруг выплеснул долгую думу-обиду. Все это россказни - о поиске и поддержке талантов. Сколько их уходит в песок незамеченными. И гармонь, и баян давно отдал другим - может, им больше повезет...

Не перебиваю друга, даю ему выговориться. Да и нечего возразить. Еще в школьные годы о Степе и многих других парнях думал - им бы на простор со своими чудинками и необычностью. Скольких же загасила эта глухомань, эта затурканность, еще классиками метко названная "идиотизмом деревенской жизни"? Я готов был уже и сам впасть в великую тоску, но не дал, не позволил этого Степан. Он вдруг оборвал сетования:

- К балалайке я вернулся. По кнопкам гармони и баяна пальцы уже не бегут. А ее сниму с гвоздя - да так душу отведу! Назад привешивать, а Надежда, ребятишки еще просят. И соседей полон дом - когда только пришли? И тоже: "Сыграй еще!".

Ну, дорогой, раз соседей не заметил - знать опять ты в самозабвенном упоении был. Не отпустила тебя музыка.

15 октября 2004г.

БРАТЬЯ ЛАРИНЫ

СТЕПКИНЫ ВАРИАЦИИ

МИШКА. АС - АКИ БАРС

"ЯМЩИК! НЕ ГОНИ ЛОШАДЕЙ..."

ТАЙНА ПРИОТКРЫЛАСЬ ВДРУГ

НЕВОЛЬНАЯ КУПЕЛЬ

АРХИВ за 2009г.

АРХИВ за 2008г.

АРХИВ за 2007г.

АРХИВ за 2006г.

АРХИВ за 2005г.

АРХИВ за 2004г.

АРХИВ за 2003г.

АРХИВ за 2002г.

АРХИВ за 2001г.