Александр АСТАПОВ

ПИРАМИДЫ КОЛЬКИ ЕГОРОВА

Среди азартных деревенских забав на первом месте у нас была игра "в бабки". Но подсохнет весной - и первенство надолго переходило к "чижику". Это - палочка сантиметров пятнадцать с острыми, как у заточенного карандаша, концами. Вот по острому концу и ударяешь жестким прутом: подскочил "чижик" вверх - ты его сбоку поддал, а потом этим прутом измеряешь расстояние до места падения.

Победитель - кто первым наберет пятьсот или тысячу "прутиков".

Бывало, взрослые мужики попросят два-три удара сделать -"вспомнить молодость", не отказываем. Иногда спор, шум: ты не так ударил, нечестно считал.

В общем - столпотворение. И за многие годы поклонения этой игре только однажды случилась беда. В ту пору мама меня еще за ручку водила, но историю эту знаю в подробностях: ее пересказывали все родители своим детям, уберегая их от "чижика". Слышал ее и от самого потерпевшего - Кольки Егорова, когда у нас появились общие рыбацкие и прочие интересы.

В общем, подошел он к игрокам, а они его в дальнюю очередь для вида включили: мал еще с нами тягаться. Никак не может дождаться своей игры малец, но не уходит - тут же, в нескольких метрах от "чижика" в общей толпе стоит, вместе со всеми "болеет". Вжиг игрок со всей силы по "чижику", а тот всего сантиметров на тридцать подскочил. Плохо поднял - в "чижике" не силой, а ловкостью берут. Не до "удвоения" игроку - одиночным ударом врезает он по "чижику", чтоб отбить его подальше.

Резко взмыл "чижик", но не получилось подальше. Схватился Колька руками за лицо и, плача, повалился на землю: в глаз попало ему "чижиком". Разом прекратилась игра. Потом, наверное, с месяц родители дружно разгоняли подростков и малышню, в печки побросали все их "пруты" и "чижики". Да долго ли новые выстрогать. Устояла игра, дождалась, когда и мы до нее доросли.

Кольку вся деревня жалела и сочувствовала ему. А он, на удивление, как-то быстро отошел, не пустил к себе эту жалость. Вырос с веселым нравом. Во всех мальчишеских делах участвовал, посверкивая одним глазом. Если вдруг кто о том заикнется, Колька: "Зато у меня глаз - как алмаз!" В те же "бабки" он мастерски играл.

И действительно, точен он был во всем. Если что сказал -сделает. Старший его брат - Сашка - в своем хозяйстве всегда суетится, шумит, что-то все время ворочает. А приглядись - с гулькин нос сделано, сплошные у него долговременные незавершенки. У Николая - всегда все ладом. Кто еще только думает, как бы договориться да привезти лиственницы из тайги, а у него все не только давно привезено, но уже полешками в аккуратных пирамидах. И когда только успел?

Как ни приди к нему - все сидит, покуривает. Или с тобой говорит, весь внимание - а при этом что-то потихоньку подтачивает, подгоняет. Уходишь от него в полном удовлетворении - не было и намека, что ты не ко времени, а та вещь, которую он мимоходом ладил, уже полностью готова.

И в совхозной мастерской все он успевал в рабочее время: никогда тракторист или шофер не были к нему в претензии. А Кольке задерживаться после смены совсем ни к чему. Светлого времени еще немало - он со снастями и на речку. Жена еще только корову доит, а он уже тайменя несет да с десяток хариусов. И тоже - недалеко сбегал, а с прибытком.

Одним из первых в деревне он завел мотоцикл. Кажется, ради рыбалки - чтоб по малому времени можно было подальше сбегать. И ездил на нем виртуозно: где лошадиная узкая тропа есть, там и он по ней прошмыгнет, в том числе и по каменистым приторам. Ну, в одном, другом особо неуклюжем месте немного проведет вручную - и опять рулит.

Потом Колька приладился копны таскать на своем мотоцикле. А что: тот же аркан слева-справа к рулю, как к хомуту, прихватил - и вперед. Натаскал копешек - сам же их в небольшие стожки на своем сенокосе сложил: красота. В этом тоже была некоторая его странность - все сам да сам, не любил никого просить. Сашка его зовет: помоги. Придет, полчаса топором потюкает: "Значит, так: ты, браток, дальше -сам. Вот это и вот это одному можно делать. А я дня через три приду - бревна в сруб уложим".

Мы пойдем с братом рыбу лучить, добрались до намеченного места - сумерки еще не сгустились. Лежим, ждем за разговорами, пока темь падет. Иногда целый час вот так промаешься. Колька Егоров приходил тютелька в тютельку. Разжег карбидку (шахтерский фонарь) и сразу высвечивать ею дно -тюк да тюк острогой. С ходу пошла рыбалка.

Хитрил здесь Колька: увидит наши два огня, повернется спиной, чтоб незаметно запалить свою карбидку - и пошел метров за триста-четыреста впереди нас лучить. Мы эти триста метров прорыбачим, - а не быстро их одолеваешь, бредя против течения, - куда рыба подевалась?!

А это Егоров нам устроил. Но хитрил он как-то по-милому. Глядь: в полукилометре впереди кто-то в нашу сторону карбидкой светит и из стороны в сторону ею помахивает - зовет значит. "Ребята, это я - нарыбачился. Вот и посигналил вам, чтоб не брели попусту. Отсюда теперь лучите, а я - домой!" Ну, как после такого на другана сердиться?

Колька помногу никогда не ловил. Другие, когда клев есть или лучится хорошо, под завязку душу отводили. Лишнего поймают - продадут в селе. Он нет: на две поджарки для семьи - и не больше. Надо будет - в другой раз сходит. И эта его экономия по отношению к природе нас поначалу тоже удивляла.

Приезжая потом на отдых в родную деревню, мы в пяти-семи километрах от нее на всех хороших плесах стали обнаруживать непонятные каменные тумбы метрах в пяти, а то и десяти от берега. Тут по пояс в холодной воде долго не простоишь. На тумбе же она тебе до колен не доходит. В коротких резиновых сапогах можно стоять сколько угодно: и не холодно, и достаешь далеко.

Да не Колька ли Егоров эти пирамиды понастроил - его это почерк. При встрече на берегу он, хитровато улыбаясь, так и сказал: "Мои пирамиды". Но это ж возни сколько. Так один раз повозился, зато все лето и до поздней осени - рыбачь без мучений. Нам возразить нечего. Присели, треплемся - все равно рыбалка не идет.

- Как это не идет? - удивляется Егоров. - А на кобылку пробовали?

"Кобылками" в наших местах называют кузнечиков.

- Да пробовали - без толку: вон как солнце жарит. Не клев.

Колька молча берет мое удилище, проверяет кобылку - самая, что нужна. Он достает из кармана грузило-горошинку и прилаживает на леску повыше поводка. И за десять минут вытаскивает шесть огромных хариусов, бросает их мне в кан и говорит: "Есть рыба - ее только доставать надо".

Вот вам и не клев при солнцепеке! Кобылку кружит в полуметре от поверхности воды. И если хариус на поверхностную мушку вылетает стремительно, не всегда за ним уследишь, то на подводную приманку он со дна поднимается вальяжно: никуда ты, мол, от меня не денешься. Всего его рассмотришь, пока он аккуратно захватит кобылку. Как пошел на разворот к своему донному месту - тут его и подсекай. Срывов не бывает.

Мы всегда так беспроигрышно рыбачили на утреннем и вечернем клеве. Не первый год на реке. А Колькино "доставать" в межвременье заставило нас почувствовать себя новичками. С грузилом-горошиной кобылка вилась у самого дна. Может, и разморен хариус в солнцепек, но когда у него прямо мимо рта плывет поживка, он не утерпит ее схватить.

Да как же мы сами до такого не дотумкались? "А ленивы вы, братцы, - резонно замечает Колька. - Все бы вам по старинке, по накатанному". И снова нам возразить нечего. Мы ведь, по достоинству оценив те же Колькины подводные пирамиды, сами потом так ни одной и не сделали.

Еще больше он удивил нас через несколько лет. Приезжаем, а хозяйка, у которой обычно останавливаемся, с порога огорошила новостью. Колька зимой несколько тайменей поймал в реке - из полыньи их вытащил. Да как зимой? Мы всегда были убеждены, что таймень, нажировав осенью, медленно тратит потом этот запас всю зиму, как медведь в спячке.

А Колька не поленился со спиннингом (на лыжах!) уйти за семь километров от деревни. К знаменитой яме "Поварешке", у которой мы всегда подолгу стоим летним лагерем. И у костра мы не раз тут поговаривали, что наверняка это зимний таймений станок. Вот в него-то и забросил Егоров блесну, ее под лед утянуло - и вскоре хвать! А дальше - дело техники, на что Колька мастак. Мы даже оправдание себе нашли: конечно, ему-то хорошо, он круглый год рыбачит, вот и навострился.

Колька Егоров у геологов мотористом на электродвижок устроился. Утром его на час завел - кому побриться, кому что заточить. И вечером часа на три, когда геологи возвращались в лагерь. Для кухарки движок был не нужен - она обходилась дровами. Значит, Колька весь день свободен.

И отводил душу на рыбалке. И геологов до того к рыбной еде приохотил, что они на каждый новый сезон с ним за год заранее договор заключали на эту должность моториста. В девяностые годы геологоразведка захирела, совхоз посыпался - Колька Егоров в пастухи подался. Раньше никогда коров дальше трех километров от деревни не пасли. Колька их за пять-семь километров через несколько приторов угонял на долины.

А там такие буйные, много лет никем не тронутые травы! И хозяйки довольны - коровы стали молока больше давать, и Кольке смак: рыбачит от души весь день. Тут же себе рыбу варит или жарит на обед. Всегда он так - главную работу наилучшим образом выполнял и себе обеспечивал великое удовольствие.

Лет через шесть смотрим - другой пастух. Наскучило Кольке коровам хвосты крутить. Выбил он себе сенокосный участок за рекой. Мило дело - проезда к ней ниоткуда нет: можно не бояться, что украдут сено. А лед встал, припорошило его слегка - лучше некуда по этой дороге на санях корм вывозить, коню по такой глади не внапряг - не то что выволакивать по глубоким сугробам.

- А рыбачишь? - спросили у Кольки при встрече.

- Да для чего бы я здесь сено тогда готовил?

- Так мы тогда твои плесы облавливать не будем.

Колька засмеялся:

- Да рыбачьте! Я своих трех хариусов на завтрак и ужин всегда поймаю. А домой соберусь, тогда уж побольше выловлю. Да пару тайменей. Рыбы здесь полно.

Но при этом "полно" - опять у него золотая природная "экономия". А мы вспомнили про его донный лов хариуса в солнцепек - и действительно порыбачили, причем неплохо, напротив Колькиного сенокоса. Все это время он сидел рядом на камушке. И мы говорили - и не могли наговориться. Про жизнь, про детей, друзей-приятелей. И меньше всего - о рыбалке.

17 сентября 2004г.

ПИРАМИДЫ КОЛЬКИ ЕГОРОВА

АРХИВ за 2009г.

АРХИВ за 2008г.

АРХИВ за 2007г.

АРХИВ за 2006г.

АРХИВ за 2005г.

АРХИВ за 2004г.

АРХИВ за 2003г.

АРХИВ за 2002г.

АРХИВ за 2001г.