Анатолий МУРАВЛЕВ

БИЙСКИЙ ПОГРОМ

РОВНО 45 ЛЕТ НАЗАД, 25 ИЮНЯ 1961 ГОДА, ВО ВТОРОМ ПО ВЕЛИЧИНЕ ГОРОДЕ АЛТАЯ ПРОИЗОШЛО ОДНО ИЗ КРУПНЕЙШИХ НАРОДНЫХ ВОЛНЕНИЙ В СССР

Об этом событии пока мне удалось собрать несколько свидетельств: упоминания в книгах Владимира Козлова, Николая Зеньковича и Виталия Сорокина, архивные документы, воспоминания родственников некоторых участников погрома и тех, кто противостоял толпе. По архивным данным и публикации Владимира Козлова в книге "Массовые беспорядки в СССР при Хрущеве и Брежневе", версия бийского погрома выглядит так. Николай Трубников, 38-летний плотник, с женой-домохозяйкой Марией и зятем Анатолием Прилепских (правильно - Прилепский), проживавшие в селе Первомайское Бийского района, приехали в тот злополучный день на базар города Бийска с намерением купить подержанную автомашину или мотоцикл. Они имели на руках 2580 "новых" рублей, обменянных накануне по хрущевской денежной реформе. Покупка не удалась. Мужчины решили выпить, а Мария Трубникова отлучилась в торговые ряды базара. В этот момент к выпивавшим подошел милицейский наряд в составе участкового уполномоченного Зосима, рядового Лейзерзона и бригадмильца Огнева, потребова в ший прекратить распитие спиртных напитков в общественном месте. Мужчины начали громко ругаться. Шумные препирания привлекли внимание завсегдатаев базара. Однако Лейзерзону и Огневу все же удалось препроводить Прилепского в комнату милиции. Трубников тем временем затеял драку с Зосимом, порвал на нем рубашку. Щуплый милиционер в борьбе с крупным и сильным сельским жителем вынужден был сначала воспользоваться свистком, а затем выстрелить из пистолета вверх. Эти сцены буквально притянули к себе базарных зевак, собралась толпа. Подоспевшие на помощь милиционеры посадили Трубникова в милицейскую машину. Тем временем Мария Трубникова, обнаружив исчезновение мужчин вместе с деньгами, начала громко кричать о том, что милиционеры украли деньги. Возбужденная толпа перевернула милицейскую машину. Вскоре в эпицентре событий вновь оказался отпущенный милицией перебинтованный Николай Трубников, кричавший, что его избили "гады менты" и отняли 30 тысяч рублей.

ПОДСТРЕКАТЕЛИ

Как это нередко бывает в ходе массовых волнений, в толпе, сменяя друг друга, появляются лидеры. Так происходило и в этот раз на базаре города Бийска. 37-летний Виталий Лисин, одноногий инвалид войны, нигде не работавший, отец троих детей, размахивая костылем, призывал "убить работников милиции". Еще одним подстрекателем явился Иван Ляхов, обиженный на жизнь и на милицию. Сам он в насилиях и избиениях почти не участвовал, но всячески воодушевлял толпу на новые подвиги, подсказывал погромщикам, что делать. В аналогичной роли выступал и 45-летний внештатный заготовитель заготконторы райпотребсоюза из Горно-Алтайской автономной области Байрам Кукоев. Он без устали, в течение нескольких часов подогревал толпу выкриками: "Убивать их надо", "Давно бы им надо это устроить", "Бейте их, ребята". Среди тех, кто воспользовался ситуацией, чтобы свести старые счеты с Зосимом и Лейзерзоном, был Михаил Мельников, завсегдатай базара, инвалид второй группы. Его не раз задерживала милиция за мелкое хулиганство, а также перепрод ажу вещей, что по законам того времени считалось спекуляцией. Мельников кричал, обращаясь к Зосиму: "Попался гад, бейте его, чтобы он не мешал жить нашему брату". Активными участниками конфликта были пьяные молодые люди: водитель Станислав Косых, слесарь Николай Ченцов, дорожный рабочий Михаил Филатов и другие. Кричали, кидали камни, били, плевались. А 20-летний Николай Ченцов догадался залезть под капот милицейского автомобиля и оборвать провода, чтобы не дать ему уехать.

Подмога

Пока возбужденная толпа пыталась вытащить Зосима из перевернутой машины для расправы, а волнения еще не набрали полной силы, представители властей пытались договориться с базарным скопищем по-хорошему. На рынок прибыли сначала заместитель начальника городского отдела милиции с подчиненными, затем его руководитель Овчинников и председатель горисполкома Гаркавый. Последний попробовал выступить перед толпой, но его освистали и согнали с перевернутой машины, превращенной в трибуну. Толпа уже достигла того уровня погромной истерики, когда слушают и слышат только "своих" и только то, что ей хотелось бы слышать.

Также сорвалась попытка разогнать собравшихся с помощью пожарных брандспойтов. Участники событий просто порезали пожарные рукава, и команда огнеборцев бесславно убралась с территории базара.

Представители власти вызвали на подмогу солдат. Однако до прибытия военных жизнь участкового уполномоченного Зосима буквально висела на волоске. Он находился в салоне перевернутого толпой милицейского автомобиля. Там его не раз доставали кулаками и палками. Наконец пьяный Михаил Панькин сумел выкрутить руку Зосима, в которой был пистолет, а другой рукой сдавить его горло. Раздался непроизвольный выстрел, потом другой. Панькин с захваченным пистолетом выбрался из машины. Но начальник милиции Овчинников, к счастью, мгновенно вырвал у него оружие.

Первым выстрелом был легко ранен Михаил Панькин, а вторым -Захар Соколов, забравшийся вслед за Панькиным в машину. Тяжело раненный Соколов позже умер в больнице, не приходя в сознание.

Толпа окончательно озверела. Ей наконец удалось вытащить Зосима из машины. Назревал кровавый самосуд. В этот момент на рынке появились солдаты. Они вместе с милиционерами сумели отбить милиционера у толпы, при этом многие участники волнений отчаянно сопротивлялись.

В конце концов избитого Зосима перенесли в санитарную машину. Но снова вмешался Виталий Лисин. Он не давал "скорой помощи" уехать, милиционера выбросили на землю и вновь принялись избивать. Наступил момент, когда Лисин решил, что Зосим мертв. Он дал команду: "Ну, теперь хватит. Уже готов".

Толпа расступилась. Через пять часов после начала конфликта погром был прекращен совместными усилиями милиции и военных.

Следствие и суд

10 июля, через 20 дней после волнений, в Бийск из прокуратуры СССР поступило распоряжение "всемерно ускорить следствие с тем, чтобы дело было заслушано в суде в самое ближайшее время".

Подсудимых разделили на две группы. В первом процессе судили семь человек: Трубниковых, Панькина, Ченцова, Лукьянова, Филатова и Охотникова. Следователи очень спешили и не очень заботились о качестве расследования. Например, в суде так и осталась невыясненной судьба денег Трубниковых.

Первый процесс продолжался три дня - с 5 по 7 сентября. Через месяц, с 3 по 6 октября, проходил второй акт судебного действа над другой группой обвиняемых: Лисиным, Кукоевым, Мельниковым, Косых, Ляховым и Чернышевым.

Исследователь Владимир Козлов утверждает, что всего по обоим процессам три человека были приговорены к смертной казни (впоследствии мера наказания снижена), остальные - к длительным срокам заключения, в основном от 12 до 15 лет лишения свободы.

Однако один из родственников осужденных, пожелавший, чтобы его имя не упоминалось в публикации, твердо утверждает, что Николай Михайлович Трубников был расстрелян. А его жена Мария Петровна отсидела в тюрьме 10 лет. Во время беспорядков никто из представителей власти или работников милиции не был убит.

Местные начальники отделались легким испугом. В большинстве случаев дело ограничилось партийными выговорами. И только заместитель начальника городского отдела милиции Клягин (или Флагин) был снят с работы "за проявленную нерешительность в ликвидации беспорядков и за необеспечение борьбы с нарушителями порядка".

Впрочем, еще один известный документалист - Николай Зенькович, также утверждавший, что знаком с документами о народных волнениях в СССР, представленными КГБ Михаилу Горбачеву, вообще указывает иную дату бийского погрома - 21 июня. Вот его трактовка событий, опубликованная в книге "Тайны уходящего века": "... 21 июня в городе Бийске Алтайского края в массовых беспорядках участвовали 500 человек. Они заступились за пьяного, которого милиция хотела арестовать на центральном рынке. Выпивший гражданин под арест идти не желал и при задержании оказал сопротивление сотрудникам охраны общественного порядка. Возникла потасовка с применением оружия. Один человек был убит, один ранен. 15 особо отличившихся в драке привлечены к уголовной ответственности".

Стрельба

Безусловно интересны и воспоминания участника подавления бийского погрома Евгения Дорохова, работавшего в ту пору заместителем начальника комитета госбезопасности по Алтаю -позже он был начальником УВД края, ныне проживает в Москве, где я в апреле 2002 года записал на диктофон его воспоминания об этом событии.

По мнению Дорохова, милиционеры при задержании мужчин на базаре переусердствовали. Кроме ругани внимание толпы привлекли звуки милицейского свистка и первого выстрела из пистолета.

Сильно "завел" толпу такой инцидент. Один бродяга купил или украл на рынке субпродукты (печень, сердце, легкие), "обмыл" приобретение и, размахивая окровавленным свертком, что-то тоже кричал в толпе. В этот момент цыганка, потерявшая в толпе ребенка, подняла крик на весь базар. Ей показалось, что бродяга убил ее цыганенка, недаром же он машет окровавленным свертком. Словом, в толпе распространялись самые невероятные слухи.

По словам Дорохова, к тому времени из Барнаула в Бийск на самолете АН-12 прибыло немало руководителей силовых структур, в том числе и он. Было принято решение ввести в Бийск танковое соединение. Вид вышедших на улицы танков еще сильнее обозлил людей. Как утверждает Дорохов, танки стояли у текстильной фабрики и даже стреляли "маленько". Я пытался уточнить детали:

- А какими снарядами стреляли? Холостыми или боевыми?

- Всяко было. Там была опасность: толпа уже подходила к винзаводу. Если б люди ворвались на винзавод - весь город разнесли бы. Это на улице Кирова - где горисполком старый находился. Да и отдел милиции рядом, а в нем хранится оружие. Стрельба действительно была. Сначала холостыми, потом -зарядами.

- Кто принимал решение об этом?

- Я этого не помню.

- Кто был арестован?

- Арестовали около 20 человек. Молодежь в основном. Среди них были и уголовники. Взяли трех глухонемых ребят. Они не понимали, что происходит, но участвовали в потасовке. Кажется, их тоже приговорили к расстрелу. Толпа бесчинствовала, крушила все.

ПОХОРОНЫ

Виталий Сорокин в книге "Последний в когорте железных вождей" констатирует, что "несколько человек со стороны митингующих погибли". На похоронах люди несли лозунги: "Их убили блюстители порядка", "Моя милиция меня бережет". Когда процессия шла мимо одного из опорных пунктов, группа людей ворвалась в помещение пункта, разбила стекла, сорвала дверь, поломала мебель, но завладеть оружием нападавшие не смогли.

Однако другие источники утверждают: погиб лишь один человек -Захар Соколов (вернее, умер через сутки после ранения). Больше жертв не было. Зверски избитый милиционер Зосим и легко раненный Панькин выжили, несколько человек, включая милиционеров, получили травмы. Родственник 45-летнего работника "Заготзерно" Захара Соколова, с которым я беседовал, утверждает, что похороны прошли тихо, без эксцессов.

* * *

Между прочим, бийский погром произошел раньше, чем подобные события в городах Владимирской области Муроме (30 июня 1961 года), Александрове (23 июля 1961 года) и Новочеркасске Ростовской области (1-3 июня 1962 года), где власть также подавляла взбунтовавшихся жителей силой оружия. Поводы восстаний были разными (в основном антимилицейские), а причины - повышение цен на товары массового спроса, жесткий дефицит товаров и продовольствия, резкий рост производственных норм выработки и снижение расценок. До политических требований дело не дошло.

24 июня 2006г.

БИЙСКИЙ ПОГРОМ

РОВНО 45 ЛЕТ НАЗАД, 25 ИЮНЯ 1961 ГОДА, ВО ВТОРОМ ПО ВЕЛИЧИНЕ ГОРОДЕ АЛТАЯ ПРОИЗОШЛО ОДНО ИЗ КРУПНЕЙШИХ НАРОДНЫХ ВОЛНЕНИЙ В СССР

ПОДСТРЕКАТЕЛИ

ПОХОРОНЫ

АРХИВ за 2009г.

АРХИВ за 2008г.

АРХИВ за 2007г.

АРХИВ за 2006г.

АРХИВ за 2005г.

АРХИВ за 2004г.

АРХИВ за 2003г.

АРХИВ за 2002г.

АРХИВ за 2001г.