19 апреля 2008г.

НАМЕДНИ
Жилье: где и сколько
Сохранить и рассказать
Передать по наследству

РЕПОРТАЖ
Новые идеи и проекты

АКТУАЛЬНО
Территория особого внимания

ЭКСПЕДИЦИЯ
"Память" не забудет

ВАША НОВОСТЬ
Мамаша-героиня

МЕСТНОЕ САМОУПРАВЛЕНИЕ
Общая забота

АЛТАЙАГРОПРОМСОЮЗ
В интересах крестьян

В ПАРТИЯХ И ДВИЖЕНИЯХ
Съезд, который определил будущее

ПРЯМАЯ ЛИНИЯ
И это все о нем. Но не только

ГОСТЬ НОМЕРА
Возвращение к истокам

ОБРАЗОВАНИЕ
Есть чем гордиться, чему учиться

СУББОТНИЙ РЕПОРТАЖ
У тюрьмы не женское лицо

ФЕСТИВАЛЬ
"Радуга" зажигает!

СИТУАЦИЯ
За чем стоим

ПЕРСПЕКТИВА
Гороскоп на 19 - 25 апреля

Геннадий СТАРОСТЕНКО

ДЕМЕНТИЙ ПАРОТИКОВ. "РУБЦЫ НА СЕРДЦЕ"

КНИГА "РУБЦЫ НА СЕРДЦЕ", ВЫПУЩЕННАЯ В НАЧАЛЕ НЫНЕШНЕГО ГОДА "АЛТАЙСКИМ ДОМОМ ПЕЧАТИ", СТАЛА ЗАМЕТНЫМ СОБЫТИЕМ В КУЛЬТУРНОЙ ЖИЗНИ КРАЯ

За внешней банальностью этой фразы две судьбы: судьба человека и судьба театра. Сплетение этих судеб на хрупком древе культуры помогало тому стоять долгие годы и десятилетия на ураганных ветрах истории.

Книга выстроена в жанре исповеди, большого рассказа о жизни. И увлекает с первой же строки. Трогательно и тревожно повествование о предвоенном детстве, наполнены скупой мужской скорбью страницы, посвященные войне. Радостью открытия проникнуты воспоминания о первых шагах в искусстве, о встречах с людьми творческого круга, без корысти и ревности направлявших к сцене молодого артиста. А дальше - захватывающий рассказ о самостановлении, о поиске "искусства в себе", об учителях, о перипетиях быта, борьбы и дерзаний в театральном искусстве.

Дар трагика, дар актера крупной формы, несомненно, берет начало в детстве, поломанном социальными перестройками тридцатых. Потрясает душу рассказ об отчем доме в Шадрине, из которого семья была изгнана в далеком 33-м. Тогда по всей стране прокатилась новая волна раскулачивания. Глава "В нарымской ссылке" соперничает по драматизму с "Колымскими рассказами" Шаламова. Тем более что в ней нет и тени художественного вымысла.

Полон трагической боли рассказ о том, как в 42-м война отобрала у семьи родителя. Как, терпя неисчислимые мытарства, Дема Паротиков - сам едва жив - ехал... шел... плыл в Новосибирск, чтобы забрать из госпиталя умирающего отца...

Если ты личность, то выкажи волю, преодолей беду - и свою, и общую, народную. В этих бедах рождались и нравственная позиция, и творческий пафос. Увы, живем в эпоху декультурации, и детские головы все еще обречены на задуривание со стороны монополии книгоиздателей, у которых реакция на все сильное и нравственно высокое в искусстве - как у сказочного Кощея - однозначная: здесь русским духом пахнет...

Забавен, но, скорее, поучителен рассказ о первом выходе на сцену в крошечной роли конвоира. "...Сердце стучало, в ушах шумело, перед глазами поплыли круги... Вдруг появилось ощущение, что нижняя часть моего тела развернута на сто восемьдесят градусов, и ноги стоят носками назад..." Потом, пишет Паротиков, нам объяснили природу мышечного зажима и ставили задачи по преодолению этого состояния. Читатель узнает, что начинающими актерами это состояние преодолевалось в "этюдах на публичное одиночество".

В этой книге много имен, много живых и проникновенных рассказов о театре сороковых, пятидесятых - и ближе. Ярко, глубоко и поистине увлекательно повествуется о людях театра, о чистоте сердец, не ведавших тщеславия, но знавших лишь служенье Мельпомене, любимейшей из муз, а равно и Клио, которая к тому времени уже переставала содрогаться от предмета, музой которого считалась...

Да - то была эпоха... Прочитав в объемном фолианте "Барнаул -летопись города", что в 1946-м на сцене краевого театра драмы было поставлено семь премьер, я упомянул об этом в разговоре с Паротиковым. Невероятно - семь премьер! Оказалось - ставили и по десять, на разных сценах и не в ущерб качеству. Отхожим промыслом режиссеры в те годы если и занимались, то не во вред родному театру. То были времена режиссеров-патриотов. Главрежей-кузнечиков вообще не существовало как вида. А иные из нынешних, получивших с какого-то боку статус главрежа еще во младенчестве, так и скачут с легковесными и беспутными вещичками по России - на радость геополитическому противнику...

Молодым творцам и художникам сцены эта книга ее ветерана могла бы раскрыть глаза на реалии соцреализма, на жизнь вообще. Комментаторы, не жившие в то время, интеллектуально зависимы, через одного рабы самоцензуры. От очевидцев и участников событий культуры тех лет только и узнаешь правду. Например, о том, что за годы войны театр перечислил в Фонд обороны четыреста тысяч рублей...

За военным лихолетьем наступила долгая пора вызревания новой народной культуры. Технизация села помогала преодолевать издержки и напасти коллективизации. Читатель узнает, что большую драматическую сцену окружало немалое число народных коллективов в городах и селах края. А сама культурная нива Алтая привольно колыхалась в такт с колосьями хлеба насущного, радовала сердца, живила раны, звала к свершениям энтузиастов театра самодеятельного.

Народный артист России Дементий Паротиков силен художественной правдой, которую несет со сцены. Силен в отстаивании приоритетов искусства подлинного, созидательного, гуманистического - в условиях почти тотального диктата антиискусства -деструктивного, обезличенного, антисоциального и антинационального, однако весьма влиятельного.

В формате короткой рецензии сожалеть приходится больше не об этом - а о том, что очень многие из нас не видели главных больших ролей Дементия Паротикова. Их было великое множество, и они уже сошли со сцены, забрав с собой чьи-то судьбы, души, образы, творческие находки, актерский темперамент, наконец. То немногое, что идет на сцене Алтайского краевого театра драмы им. В.М.Шукшина с участием Дементия Паротикова, несет лишь отголоски прежних больших событий на театре.

Время неумолимо - и с этим не поспоришь, но издание книги воспоминаний - все же неплохая попытка взглянуть на вещи в ином ракурсе, гораздо более оптимистичном. Ведь у этой книги уже есть читатели...

АРХИВ за 2009г.

АРХИВ за 2008г.

АРХИВ за 2007г.

АРХИВ за 2006г.

АРХИВ за 2005г.

АРХИВ за 2004г.

АРХИВ за 2003г.

АРХИВ за 2002г.