Вчера

"ЖАЛЕТЬ СЕБЯ - СЕБЕ ДОРОЖЕ..."

Вчера в Музее истории литературы, искусства и культуры Алтая состоялся вечер памяти замечательного поэта, нашего земляка Владимира Башунова.

Мы сегодня не станем делать отчет о событии, понятно, что пришедшие в музей друзья, коллеги, просто любители поэзии говорили трепетно, проникновенно, искренне. О Башунове нельзя иначе.

Как правило, по-настоящему признанным и узнанным поэт в России может стать только после смерти. Есть тут и некоторая вина современников, есть объективная причина, по которой стихи "взрослеют" дольше их автора. Поэзия есть тайна, и стоит ли гадать, почему с ней случается так или эдак. Безусловно, прав литературовед и критик Виктор Шкловский, утверждая, что "у поэзии нет времени, вернее, у нее свое время, свои дни и часы".

Однако возьму на себя смелость, может быть, даже грех - заявить, что Владимир Башунов будет принят и понят следующими за ним поколениями труднее, чем ранние поэты. Не читают стихов нынче, то есть редкие единицы заняты этой "глупостью". В так называемых цивилизованных странах исчезают поэты, а сама поэзия остается лишь предметом науки филологии. Мы пока идем другим путем: у нас все больше и больше плохих поэтов. И ведь заявляют во всеуслышание: плохих поэтов не бывает! Бывает, господа, еще как бывает!

Но, смею вас заверить, Башунов как-то не очень обращал на это внимание. Случалось - допекали, но крайне редко. Он никогда не расставался с Александром Сергеевичем Пушкиным, что ему до других! Отсюда и строка, вынесенная в заглавие этих заметок, - "жалеть себя - себе дороже..." Понимай так: работай, ищи единственно верное в этом месте, в этой строке слово, не щадя себя. Неуместное, не совсем точное слово не будет тебе прощено, оно, может, не сразу, через год, два, через десять явится наружу, и тогда состоится суд над твоим поэтическим попустительством.

Он так и работал. Привычная для родных и близких картина. Пять утра. В круге света от настольной лампы - печатная машинка с заправленным чистым листом. Рядом листок, на котором Владимир Мефодьевич черкает и перечеркивает что-то многократно. Он вообще спал когда? - задавался я в иные времена вопросом. Так и сжег себя - не жалея.

Из "Радоницы", одного из глубочайших по философскому заряду стихотворений.

И вновь я услышу, как дышат
могилы, пресилив тиски,
Остатком еще нерастраченной
силы, любви и тоски.
И вновь я увижу, как светел
и тонок небесный оклад.
И женщина плачет. И прячет
ребенок взрослеющий взгляд.

Я неспроста начал разговор о "взрослении" стихов. У Владимира Башунова красной линией в его творчестве проходила мысль о взрослении без учета лет. О долгом понимании простого, о мгновенном прозрении в море безумства, о мудрости, даруемой Создателем, для которого времени не существует.

Вот стихотворение - почти загадка. Однако отчего же "почти"?

Синим ли дымом прихватит
поля, лунным ли светом...
Все бы глядел, все бы шел
наугад в таинстве этом.
Дальнее эхо, словно журавль,
перелетает.
Сколько в пространстве имен
проросло - все не хватает.
Чья это сила влечет меня
и не назовется?
Чья это сила - то ли родства,
то ли сиротства? -
К лунному свету, к темным
стогам, в зыбь краснотала...
То ли сиротство,
толи родство нас повязало!
Не от того ли во лбу у детей -
взрослая складка?
Поле как поле. Дитя как дитя.
Где же разгадка?

Мы многому могли бы научиться, внимательно вчитываясь в строки поэта. Да торопимся все. Взрослеем - и старимся.

Железный поезд мчит не уставая.
И, отставая, тянется ко мне,
не узнавая и не доставая,
земля моя, бегущая в окне.

Анатолий Кирилин.

23 февраля 2008г.

"ЖАЛЕТЬ СЕБЯ - СЕБЕ ДОРОЖЕ..."

АРХИВ за 2009г.

АРХИВ за 2008г.

АРХИВ за 2007г.

АРХИВ за 2006г.

АРХИВ за 2005г.

АРХИВ за 2004г.

АРХИВ за 2003г.

АРХИВ за 2002г.

АРХИВ за 2001г.