01 февраля 2008г.

НАМЕДНИ

ГОСТЬ НОМЕРА
Песни Иткульского лета

ТЕМА ДНЯ
Компенсации вместо денежных выплат

АКТУАЛЬНО
Прибавка к пенсии

В СТРАНЕ И МИРЕ
Наступил антропоцен

ПОДВОРЬЕ
Оптимизма не занимать

КАК ЭТО БЫЛО
Ассенизатор, он же президент

МИР ВОКРУГ НАС
Убийц карают смертью

У "ЯЩИКА"
В мире людей и животных

НАШИ КОНСУЛЬТАЦИИ
Неравный брак, наследство и мнимые долги

ВЕТЕРАН
Хирург Ия

4 ЛАПЫ
Черная кошка с желтыми глазами

ФЕМИДА
Вроде мелочь... Но как неприятно!

СТАДИОН
Потрепали нервы и себе, и болельщикам

КАЛЕЙДОСКОП
С миру по строчке

КАЛЕНДАРЬ
Даты, события, люди

Папирус

ДНЕВНИКИ ПИСАТЕЛЕЙ

Записки личного характера, ведущиеся день за днем, как литературная форма открывают специфические возможности для изображения внутреннего мира персонажа ("Записки сумасшедшего" Гоголя, "Журнал Печорина" Лермонтова, "Дневник лишнего человека" Тургенева, ряд произведений Достоевского и др.) или автора. Кюхельбекер, например, вел дневники даже в заточении.

ТАЙНЫ НОСИЛ В САПОГЕ

Лев Толстой вел дневниковые записи с 18 лет и до последнего вздоха. Прочитав все его дневники, убеждаюсь: это больше, чем биографические записи о нем, чем все его произведения. Толстой наблюдателен до мелочей и афористичен. Иногда, за неимением объекта поучения, он принимается поучать самого себя, записывая планы на ближайшее время и оставшуюся жизнь ("составить религиозное руководство простому народу в проповедях", "написать правила для жизни в деревне", "исправить молитвы"...).

По дневникам Толстого можно узнать о сути творчества не только писателей-современников, но и давних времен, вплоть до античности. Мысли и заметки перемежаются с наблюдениями за природой и деревенской и семейной жизнью.

Толстой вел несколько видов дневников: один был доступен членам семьи, второй - "для одного себя" и третий - "Тайный дневник" (сохранился в копии, снятой Чертковым, подлинник по указанию Толстого был уничтожен). "Тайный дневник" писатель носил в сапоге.

Дневниковые записи Толстого закончились за три дня до смерти. Ни один русский писатель не оставил после себя столь обширного по времени и богатого по содержанию дневника, как Лев Толстой.

Нельзя без волнения читать записи последнего - 1910 года, в которых 82-летний писатель на склоне жизни предстает глубоко страдающим человеком, лишенным не только душевного, нo и самого необходимого житейского покоя. "Иногда думается: уйти ото всех" (24 сентября 1910). И в октябре он уходит из дому, умерев вне семьи 7 ноября 1910.

Последняя запись сделана рукой Толстого 3 ноября в доме начальника ж.д. станции Астапово: "Ночь была тяжелая. Лежал в жару два дня. 2-го приехал Чертков. Говорят, что Софья Андреевна. В ночь приехал Сережа, очень тронул меня. Нынче, З-го, Никитин, Таня, потом Гольденвейзер и Иван Иванович. Вот и план мой. Делай, что должно, пусть будет... И все это на благо и другим и, главное, мне".

На страницах дневников история жизни великого писателя, его личная драма и трагический конец. "Думал: радоваться, радоваться!.. Нарушается эта радость".

ДО ПОСЛЕДНЕГО ВЗДОХА

Великий французский поэт, прозаик и драматург Виктор Гюгo до последнего вздоха сохранял в себе фавна, призывая к себе нимф. С 1 января по 5 апреля 1885 у него было восемь любовных свиданий, это зафиксировано в записной книжке. Но он знал, что в его возрасте (83) ни наслаждения, ни слава уже не могут служить убежищем от мыслей о смерти.

У смерти много средств
турнуть тебя отсюда:
Паденье с лошади,
вульгарная простуда,
Катар, песок в моче, -
да мало ли хвороб?
И вот уж в дверь стучит
не девушка, а поп.

"Вульгарная простуда" все же доконала писателя: он скончался от воспаления легких 22 мая 1885. Но и в предсмертном бреду Гюго слогал стихи: "Идет борьба меж светом дня и мраком ночи", и эти слова выражали его долгую и трудную жизнь, да и жизнь всех людей на земле.

ЦАРЬ "НЕ МОГ ДОБИТЬСЯ ЧАШКИ ЧАЮ"

Пушкин писал: "Несколько раз принимался я за ежедневные записки и всегда отступался из лености. В конце 1825 г. (восстание декабристов) сжег имевшиеся записи. Они могли замешать многих и, может быть, умножить число жертв. Не могу не сожалеть о их потере, я в них говорил о людях, которые после сделались историческими лицами, с откровенностью дружбы или короткого знакомства". Уничтожил поэт и свою автобиографию. Сохранились лишь некоторые дневниковые записи с 1815 по 1835. Есть даже запись такая: "3 декабря 1833. Вчера государь возвратился из Москвы, он приехал в 38 часов. В Москве его не ждали. Во дворце не было ни одной топленой комнаты. Он не мог добиться чашки чаю".

Любопытны другие записи об императоре и императрице ("Я ужасно люблю царицу, несмотря на то, что ей уже 35 лет и даже 36" - 8 апреля 1834), князьях и княгинях, о царских балах и о своей жене, как Наталья Николаевна танцевала на балах в царском дворце: "Все это кончилось тем, что жена моя выкинула. Вот до чего доплясалась".

8 января 1835: "Выкупив бриллианты Н.Н., заложенные в московском ломбарде, я принужден был их перезаложить в частные руки, не согласившись продать их за бесценок. (Он не мог их выкупить до конца своей жизни. - В.К.) Последняя запись: "Цензура не пропустила след. Стихи в сказке моей о золотом петушке:

Царствуй, лежа на боку
и
Сказка ложь, да в ней намек,
Добрым молодцам урок".

"К счастью, сохранились многие пушкинские письма и записки (а вот письма H.Н. где-то пропали. - В.К.) Опубликовано 788 писем родным и близким поэта, Бенкендорфу (55), Александру I и Николаю I. Последнее письмо написано 21 января 1837, в день дуэли. Адресовано послание известной детской писательнице А.Ишимовой: "Крайне жалею, что мне невозможно сегодня явиться на Ваше приглашение... Сегодня я открыл Вашу "Историю в рассказах" и поневоле зачитался. Вот как надобно писать!.."

ИЗОРВАЛ И БРОСИЛ В КЛОЗЕТ

Собственное признание Тургенева: "С 1851-го я стал вести дневник". Сохранились свидетельства Тургенева и близких ему людей о том, что долгое время он продолжал вести записи. Например, о Базарове, о пребывании в Спасском и т.д. В работе над образами своих произведений Тургенев также использовал форму дневника.

Для Тургеневa интимный характер дневника, предназначенного только для себя, исключал возможность ознакомления с ним даже близких людей. "В дневнике я у себя дома, сужу и ряжу всех и все". Поэтому он периодически уничтожал свои записи (об этом писатель сообщал в письмах Боткину, Григоровичу и др. - В.К.) "Первый дневник я не сжег, потому что боялся впасть в подражание Гоголю, но изорвал и бросил в клозет".

Неоднократно высказанное желание писателя, чтобы его дневники были после его смерти уничтожены близкими людьми, было, вероятно, исполнено Полиной Виардо, однако в какой степени она их уничтожила, неизвестно. По крайней мере, одна тетрадь сохранилась у наследников Виардо. Поручая судьбу своих бумаг П.Анненкову, Тургенев в письме упоминает "личные записки".

В 11-м томе опубликованы дневниковые записи (1882-1883), уже перед самой смертью писателя. Все записи, день за днем, посвящаются жизни и смерти: о предстоящей сложной операции ("от подобной умер Ю.Самарин"). "Я вот сижу дома и мало кого вижу". "Умер Луи Блан, генерал Шанзи, М.Языков, Гамббетта, Кавелин занемог, Гончаров окривел".

Далее записи полны ужасов об операции и послеоперационных мучениях.

"Пришлось прибегнуть к морфину. Никогда мне не было так худо!" На этом записи обрываются. Написал Толстому, с которым он, после ссоры у Фета, не имел связи 17 лет, предсмертное прощальное письмо: "...Друг мой, вернитесь к литературной деятельности. Я же человек конченый, доктора даже не знают, как назвать мой недуг. Ни ходить, ни есть, ни спать, да что..." 3 сентября 1883 Тургенев умирает в Париже в страшных мучениях. "Чудилось мне, что я нахожусь где-то в России... Темнота... темнота вечная!.."

СЕРЕБРИСТЫМ ПУТЕМ

Дневники М.М. Пришвина охватывают полстолетия его жизни и творчества. Автор не раз свидетельствовал, что главные силы свои тратил на писание дневников. По ним написаны: "Календарь природы", Лесная капель", "Глаза земли". Многие очерки, публикуемые в петербургских и московских газетах и журналах, тоже рождались из записей дневника.

В целом их можно отнести к жанру романа-эпопеи. Объем дневников настолько велик, что составляет несколько книг, но опубликованы лишь отобранные материалы.

И мы скорей снесем
зеленое горе,
Чем убежим к безвестности за гробом.

В январе 1954-го 80-летний писатель предвидел исход своей жизни. "Те же боли, и неохота вставать". 10-11 января доктор нашел во мне пневмонию и уложил в постель. Лежу и ничем не могу возразить". 15 января: "Деньки вчера и сегодня играют чудесно, те самые деньки хорошие, когда вдруг опомнишься и почувствуешь себя здоровым". Но на другой день, 16 января, последнюю запись в дневнике сделала жена: "М.М. скончался около половины второго ночи от рака желудка. Ему было очень плохо около двух часов. Потом он попросил почитать ему стихи Фета". Она прочла Фета: "Уноси мое сердце в звенящую даль". "Оживился. Под действием лекарства успокоился, отвернулся к стене, как бы устроившись уютно, чтобы заснуть". В эти минуты незаметно для окружающих М.М. тихо скончался. Только ведь радовался стихам Фета:

И все выше помчусь
серебристым путем
Я, как шаткая тень
за крылом..."

НЕУМЕНИЕ ЖИТЬ

59-летний французский писатель Стендаль (1783 - 1842) внезапно скончался на ходу, идя по центру города. Его жизнь полна историй, свои письма и произведения он подписывал вымышленными фамилиями, часто путал даты, смешивал названия городов, своих друзей и знакомых именовал придуманными фамилиями...

Так, Стендаль утверждает, что он почувствовал ненависть к отцу чуть ли не в младенческом возрасте и что эта ненависть возросла особенно после смерти матери. Однако в дневнике 1803 он уже пишет, что эта ненависть появилась только с 1803, когда отец перестал посылать ему деньги на содержание.

В дневниках Анри Мари Бейля (настоящая фамилия Стендаля. - В.К.) - французская романтика с ее штампами ("Мое сердце грызла тоска, я с наслаждением пронзил бы себя кинжалом"), войнами и любовными интригами. Аналитик, мучимый неутомимой "страстью познавать и испытывать", что характерно для 19 века, вступавшего в эпоху психологического романа, писатель не щадит себя: постоянное самонаблюдение - цель, средство, основа его творчества ("...провожу полчаса, быть может, самые мучительные в моей жизни, единственным развлечением было наблюдение за собственным состоянием"). Такое страстное самоописание в дневниках характерно для людей, склонных к рефлексии. Чаще всего это от "неумения жить". "Искусство жить, которое год назад казалось мне пустым звуком, представляется мне теперь исключительно трудным", - напишет Стендаль в дневнике.

Публикацию подготовил Виктор КИНИЛЕВ.

издано на алтае

ПРЯМЫМ ЧУВСТВОМ ЖИЗНИ

В конце прошлого года вышла в свет новая книга известного в крае журналиста Сергея Бузмакова "Нагорные записки".

Помимо романа, давшего название, и повести "Двойка" в нее включены ранее публиковавшиеся рассказы. Автор вынес на суд читателя основные жанры литературы, что весьма ответственно.

В наше время выходит много книг - оригинальных и эпигонских, небесталанных и графоманских... В таком поистине кипящем литературном котле новая книга С. Бузмакова будет замечена и даже вызовет споры - ведь в ней предпринимается попытка художественного осмысления 90-х годов прошлого века, "когда все мы жили, словно в лихорадке, когда все смешалось: хищное и смирное, доброе и злое, светлое и темное, и кружила-вертела человеком вздыбленная история"...

Д.С. Лихачев утверждал, что литература развивается вопреки законам дарвинизма. Если в биологии в ходе естественного отбора побеждает более сильный, то в литературе - более человечный. На первый взгляд, в любую эпоху время от времени дикость и варварство торжествуют - целые цивилизации вытаптываются. А культура и язык все равно развиваются, пробиваются, как трава сквозь асфальт. И в итоге торжествует Человеческое начало.

Наверное, в жизни любого автора наступает такое время, когда он должен обозначиться во весь рост, "расшифроваться" и сказать обо всем, что любит и ненавидит, обязан не пугаться, а даже гордо ждать будущих нападок, кривотолков и обвинений во всяких "измах"...

Если мечта любого автора и любого издания - задеть за живое, то, несомненно, книга С.Бузмакова удалась - в романе "Нагорные записки" даны довольно жесткие оценки времени, полемичен главный герой Илья Краев, узнаваемы местные реалии.

Метафоричное название книги отражает одну из самых определяющих особенностей художественного мира, созданного писателем. Почти все его произведения написаны от первого лица, явственно ощущается авторское "я". Это непременное свойство настоящей словесности, кем бы и какого масштаба по дарованию ни был автор: он пишет о себе, говорит от своего лица, выявляет в слове глубины своей личности - и чем ярче он это делает, тем больше голосов других людей звучит в его голосе... Когда такое происходит и читаешь строки такого писателя, безмерно, казалось бы, далекого тебе по биографии и по географии, то чувствуешь, понимаешь и видишь - он говорит о тебе. Причем нередко от твоего лица, твоими словами, но только нашел их он, а не ты!..

Далеко не каждый персонаж книги "восходит на Гору" добра и совести: люди - не ангелы, тем более во времена смещенных нравственных ориентиров. Но сердце автора болит за всех: друзей, соседей, сослуживцев, однополчан, тех, кого крепко ударила жизнь, тех, кто в ней заблудился...

Еще А.Платонов заметил, что "писать надо не талантом, а "человечностью" - прямым чувством жизни". В знании жизненных реалий, психологии героев автору не откажешь. Возможно, на это повлияла профессия Сергея Бузмакова - журналистика, по определению предполагающая особенное внимание к жизни, и публицистичность суждений. Верится, что читатель задумается и о себе, и о временах, в которых "живем и умираем".

Игорь КОРОТКОВ.

АРХИВ за 2009г.

АРХИВ за 2008г.

АРХИВ за 2007г.

АРХИВ за 2006г.

АРХИВ за 2005г.

АРХИВ за 2004г.

АРХИВ за 2003г.

АРХИВ за 2002г.