17 января 2008г.

НАМЕДНИ
Выгодный контракт
Хлеб для России и зарубежья
Книга о крае

РЕПОРТАЖ
Вернулись без потерь

СЕМИНАР
Мы выбираем, нас выбирают

ПИСЬМО В НОМЕР
Помоги, "Алтайка"!

В ПАРТИЯХ И ДВИЖЕНИЯХ
Кто последний в депутаты?

АДРЕСА ОПЫТА
В суховейной степи

CЕМИНАР
Жизнь по протоколу. Киотскому

В СТРАНЕ И МИРЕ
Нацпроекты трансформируют в госпрограммы

НАШИ ИНТЕРВЬЮ
От почтовой кареты - к Интернету

ВЕРНИСАЖ
Когда я не знаю - как...

"АП"-ИНФО
Повышенные пенсии северянам

ИЗДАНО НА АЛТАЕ
Новый писательский словарь

ГАДАНИЯ
Сама себе наколдовала

ЗАКОН ЕСТЬ ЗАКОН
Банкирша наказана штрафом

АФИША
Культурно отдохнем!

ГОСТЬ НОМЕРА
Собиратель прошлого

У НАШИХ СОСЕДЕЙ
В Томске очистят речку

ПИСЬМА ЧИТАЕТ СОБКОР
"Если бы директором был я..."

"АП"-ИНФО
"Чернобыльцам" выплачены долги

КРИМИНАЛ
Зачет и экзамен с последствиями

Владимир НЕФЕДОВ

ТРИ РОДИНЫ

ТРЕТЬЕЙ ДЛЯ ЛЕНИНГРАДЦА ВИКТОРА МОСТАКОВА СТАЛ БАРНАУЛ

У его родителей были самые русские имена: Иван да Мария. Отец работал на Путиловском заводе. Родители погибли в блокадном Ленинграде и лежат где-то на Пискаревском кладбище под огромным холмом братской могилы 1942 года. Вот, собственно, и все, что Виктор Иванович Мостаков о них знает. Очень хочется думать, что в последние минуты их утешала мысль, что сына они спасли.

"ЭШЕЛОН СОСТАВЛЕН НЕ ПО ФОРМЕ

И набит осколками семей..."

Это стихи ленинградского поэта-блокадника Льва Друскина. Эшелон не по форме - теплушки с нарами и буржуйками. В одной из них в декабре 41-го увезли из блокадного города и семилетнего Витю Мостакова. Вера Инбер, видевшая в окнах теплушек лица ленинградских детей, запишет в дневнике: "Ни одной улыбки..."

Его второй родиной станет Челябинск, а родной очаг заменит пятый детский дом, специально организованный для детей-блокадников. В те годы у нас хватало сил и души заботиться о детях-сиротах. После войны их было 678 тысяч. Странно, но после многих десятилетий мирной жизни беспризорных детей почему-то стало много больше. В России их сегодня 700 тысяч. Это официально, а фактически, может, вдвое больше.

В Челябинске Мостаков окончит семилетку, потом машиностроительный техникум и по распределению приедет в Барнаул на "Трансмаш". Наш город и станет его третьей родиной. Он живет здесь более полувека.

Есть известное английское выражение: сэлф мейд мэн - "человек, сделавший самого себя". Будто о Мостакове сказано!

Работая в конструкторском отделе, он окончит вечернее отделение Алтайского политехнического института. Начало его инженерной деятельности совпало со знаменательным периодом в жизни завода, когда под руководством главного конструктора

Б.Егорова осуществлялась разработка нового семейства унифицированных дизелей, базовый из них, легендарная "двадцатка", был принят к производству в 1966 году.

В конструкторском отделе Виктор Иванович прошел путь от инженера-проектировщика до ведущего инженера и начальника бюро. Подходил к делу творчески - автор десяти изобретений. Вместе с ним долгое время работала в отделе и его дочь Светлана.

ПОЛВЕКА ВМЕСТЕ

В прошлом году Виктор Иванович и его жена София Яковлевна отметили золотой юбилей совместной жизни. Познакомились они легко - у них схожие судьбы. София Яковлевна тоже потеряла родителей и воспитывалась в детском доме. Кстати, об этом периоде жизни она по сей день вспоминает с благодарностью. А сегодня детские дома иногда превращаются чуть не в детские тюрьмы.

София Яковлевна в Иваново окончила техникум, химик по образованию, и по распределению попала в Барнаул. Долгое время работала на комбинате химических волокон, а потом на шинном заводе.

Воспитали сына и дочь, выросли внучки. Семейная черта -учеба на отлично. А у внучки Тани даже два красных диплома. Есть и первый правнук, которого в честь прапрадеда назвали Иваном.

Долгое время Мостаков сотрудничал с нашим техническим университетом. Консультировал студентов, рецензировал дипломные работы. Можно сказать - готовил смену. Однако молодого творческого пополнения на заводе нет. О причинах устали говорить: позорно низкая оплата инженерного труда.

НЕМНОГО ИСТОРИИ

О блокаде Мостаков помнит: бомбежки, обстрелы и постоянное чувство голода. Но статуса блокадника у него нет. Блокадниками признают тех, кто жил под бомбежками не менее четырех месяцев (почему не два? Не три? Не полгода?!). В жизни это те, кого эвакуировали из блокадного города по "Ледовой дороге". Те же, кого вывезли несколько раньше в теплушках или по воздуху, блокадниками не признаются. Мостакову до четырехмесячного срока не хватило двух недель.

Но что такое даже один блокадный день? Вот запись из дневника Веры Инбер: "18 сентября 41 года. Сброшено фугасных бомб 528, зажигательных - 1435. Один из самых кровавых дней..." 19 сентября Инбер была свидетельницей того, как раненой семилетней девочке ампутировали ногу. И если ее вывезли не по льду Ладожского озера, то и она не блокадница.

Военную блокаду мы прорвали 64 года назад, а тихая чиновничья блокада в отношении части бывших ленинградцев длится и по сей день.

ЦВЕТЫ НА БРАТСКОЙ МОГИЛЕ

Виктор Иванович пытался больше узнать о судьбе родителей, на его запрос ответили: погибли. Побывал на первой родине. Дома, где они жили, нет. Отнес цветы на Пискаревское кладбище и возложил на огромный могильный холм братской могилы.

...Из письма Мостакова губернатору Санкт-Петербурга В.И. Матвиенко:

"Мною и так много потеряно. И родители, погибшие в блокаду, и родной дом, а вместе с ним и родной город, в котором я родился и жил. ...Очень прошу Вас найти возможность пересмотреть статус блокадников-ленинградцев как знак сочувствия к нам, выжившим малолетним блокадникам, и потерявшим все, что связывало нас с нашим многострадальным городом".

Будем надеяться.

АРХИВ за 2009г.

АРХИВ за 2008г.

АРХИВ за 2007г.

АРХИВ за 2006г.

АРХИВ за 2005г.

АРХИВ за 2004г.

АРХИВ за 2003г.

АРХИВ за 2002г.